Если бы рабовладельцам было дано прозреть будущее, и они увидели бы, как работает ипотека, то они сразу бы начали раздавать своим рабам кредиты. Об этом старом постулате нам напомнили изменения в Законе о потребительском кредите, которые касаются трех миллионов потребителей, банковского сектора и фирм, предоставляющих срочные кредиты. Общая задолженность болгар кредитным институтам составляет почти 10 млрд евро или 23% ВВП. А объем самых дорогих займов, т.н., срочных кредитов, составляет около 1 млрд евро в год. Именно срочные кредиты и стали поводом для срочного внесения изменений в закон, так как ставки по ним иногда доходят и до 1000%.

Этот исключительно чувствительный экономический закон и стал яблоком раздора между политиками разных толков и экспертами отрасли. Одно из изменений касается отмены штрафов за досрочное погашение ипотечных кредитов. Некоторые обвинили депутатов в популизме, другие выразили опасения, что данная мера спровоцирует «кредитный туризм», ссылаясь на то, что она действительна и в отношении старых кредитов. Это позволит людям, уже взявшим кредит, переводить его из банка в банк в поисках более выгодных условий. Подобной была ситуация и во времена кредитного бума, когда ужесточенная битва за лучшие финансовые условия привела к разрастанию «депозитного туризма». Тогда болгары объезжали банковские институты, разыскивая самый выгодный процент.

В нынешней ситуации налицо риск, чтобы отдельный банк затеял агрессивную демпинговую политику в отношении конкурентов, которые, со своей стороны, будут вынуждены последовать за ним. Это, конечно, хорошо для «маленького человека», но может заметно пошатнуть стабильность финансовой системы. То, что выигрыш банков пойдет на убыль, бесспорно. Вот почему банковский сектор воспротивился изменениям, а банкиры, сохраняя молчание, отказались комментировать новые правила кредитования. Битва выиграна, но война продолжается. Вот почему эксперты отрасли выражают опасения, что новости приведут к повышению банковских ставок и сокращению финансирования сделок по покупке недвижимости. Так, например, если на данный момент банки предоставляют до 80% средств при покупке жилья, то в будущем эта доля понизится до 50%. В результате, покупатель будет вынужден обеспечить за свой счет заметно большую сумму, что весьма сложное упражнение для нынешнего среднего класса болгар.

Другая поправка в Законе о кредитовании связана с вводом потолка до 50% в отношении расходов по потребительским кредитам. Таким образом, депутаты пытаются ударить по спекулянтам из так называемых фирм для срочных кредитов. «Бей ростовщика» – так назвал данное изменение один из его инициаторов. Это приведет к расцвету ростовщичества, считают, однако, аналитики и финансисты. Потому что, никто не в состоянии перехитрить рынок, и ввод регуляции только вынудит фирм для срочных кредитов перейти в теневой сектор. А там уже недалеко и до ренессанса «силового беспредела». Потому что люди, срочно нуждающиеся в деньгах, пойдут к ростовщикам, чья деятельность, однако, не регламентирована.

Это можно иллюстрировать на примере молока, стоящего в магазине один лев. Если, однако, государство введет обязательную цену в 50 стотинок, то еще на другой день молока в магазинах не будет. И люди будут вынуждены покупать его у теневых производителей. То же самое произойдет и со срочными кредитами, которые, в основном, обслуживают людей рискового профиля. Проблема в том, что эти изменения, призванные сократить обманы с подвохами в условиях и импульсивные покупки дорогих товаров, принимаются без предварительного обдумывания последствий от них. Практика Европы показывает, что большинство стран не имеют никаких потолков в отношении кредитов, а даже те, которые приняли такие, теперь отказываются от них.

Черт кроется в деталях. Именно тексты, исписанные мелким шрифтом в кредитных договорах с банками и фирмами для срочных кредитов, вызвали конфликты, споры, нередко и физическое воздействие. Потому что потребители подписывают эти договоры, не ознакомившись достаточно подробно с условиями, а потом уже становится поздно. Такими нелояльными действиями кредитные институты настроили потребителей против себя. Теперь им за это наложен штраф. Вопрос, однако, в том, кому, в конце концов, придется платить счет?

Перевод Вили Балтаджияна